Вакцины от рака: дендритные и другие противоопухолевые прививки, которые успешно прошли клинические испытания

Основная проблема эффективного лечения в том, что при онкологических заболеваниях иммунная система даёт сбой. К тому же раковые клетки активно защищаются, «выставляя» на поверхность специальные белки. Поэтому иммунная система просто «не видит» опухоль.

Вакцина от рака не новшество. Американский хирург-онколог Вильям Коли (англ. William Bradley Coley), которому присвоен титул «отца иммунотерапии рака», создал свою первую вакцину ещё в 1893 году. В её состав входили живые, а позже убитые бактерии-возбудители скарлатины (стрептококки). Вакцина успешно применялась для лечения саркомы и ряда других форм онкологических заболеваний.Вакцины от рака: дендритные и другие противоопухолевые прививки, которые успешно прошли клинические испытания

Многие практикующие врачи конца XIX и начала XX века отмечали случаи спонтанного выздоровления раковых больных при заражении бактериальной инфекцией. Такой результат связан со «встряской» иммунной системы. К сожалению, исследования Вильяма Коли не имели под собой достаточной научной базы. С развитием радио- и химиотерапии его достижения были позабыты.

Вот некоторые факты о влиянии инфекций на онкологические заболевания.

  1. Вакцину БЦЖ пытались применять при раке, но после 1935 г. прекратили из-за низкой эффективности. Однако во время исследований была выявлена положительная связь — ранняя вакцинация БЦЖ предотвращала лейкемию.
  2. В Калифорнийском университете проведены исследования, доказывающие, что вакцина против гемофильной палочки (тип B) снижает риск развития лимфобластного лейкоза у детей.
  3. Достоверно известно, что прививка от гепатита B предотвращает формирование некоторых видов рака печени.

Новый виток направление иммунотерапии получило с развитием науки. Пришло понимание, что система иммунитета — тонкий саморегулирующийся механизм, имеющий огромные возможности.

Какие сейчас есть вакцины от рака

Вакцины от рака: дендритные и другие противоопухолевые прививки, которые успешно прошли клинические испытания

Все остальные вакцины от рака не профилактические, а лечебные. Они содержат не вирус, а вещества, стимулирующие противораковый иммунитет. То есть являются лекарством.

Вакцины от рака: дендритные и другие противоопухолевые прививки, которые успешно прошли клинические испытания

  1. Японские учёные воссоздали вакцину Вильяма Коли на основе Streptococcus pyogenes. Благодаря их разработкам существует прививка от рака простаты — «Пицибанил». Кроме того, в 2005 году вакцину Вильяма Коли стала производить канадская фармацевтическая фирма MBVax Bioscience. Сейчас препарат находится на стадии клинических испытаний.
  2. В 2010 году в США одобрена FDA вакцина, основанная на дендритных клетках — Provenge. Её применяют для иммунотерапии пациентов с раком простаты. Но она продлевает жизнь лишь на несколько месяцев.
  3. Уже более 30 лет существует вакцина, основанная на штамме БЦЖ. Препарат используется при лечении рака мочевого пузыря.

Эти прививки не дают 100% гарантии. Поэтому разработки и исследования продолжаются.

В каких направлениях ведутся исследования

Пока большинство разработок направлено на создание терапевтических (лечебных) прививок. Они содержат белки, маркёры, стимулирующие иммунный ответ. Вводят их несколько раз на протяжении года и более.

Побочные эффекты вакцинации от рака незначительные, их не сравнить с ущербом от радиотерапии и химиотерапии. Но врачи говорят о прививках от рака с осторожностью.

Хорошим результатом считается, если препарат переводит болезнь в хроническую стадию.

Вакцины от рака: дендритные и другие противоопухолевые прививки, которые успешно прошли клинические испытания

  1. Вакцины, содержащие целые раковые клетки. Принцип действия — как у обычной прививки против инфекции. Клетки берут из опухоли, обрабатывают в лаборатории. Если клетки получают из опухоли самого пациента, то вакцину называют аутологичной. Препарат на основе донорских онкоклеток называется аллогенным. Такую вакцину делают индивидуально для каждого пациента.
  2. Вакцины с антигенами. Препарат содержат фрагменты онкоклеток или отдельные белки. Действует такое лекарство против определённого вида рака.
  3. Генные вакцины. Нуклеотидные последовательности вставляют в раковую клетку и она начинает вырабатывать белок (опухолевый антиген), на который реагирует иммунитет организма. Используют гены патогенных бактерий, дрожжей, вирусов.
  4. Вакцины на основе дендритных клеток это перспективное направление. Для получения такого препарата белые кровяные тельца выделяют из кровеносной системы пациента, обрабатывают (превращают в дендритные клетки), «обучают» антигенами опухоли и вводят внутривенно несколько раз. После введения вакцины клетки мигрируют в лимфоузлы и там представляют опухолевые антигены T-клеткам. Помогают иммунной системе «увидеть» врага. Для усиления иммунного ответа дендритные клетки комбинируют с другими веществами, например, со столбнячным анатоксином.

Прививки от рака разрабатывают во многих странах. Передовые позиции принадлежат США, Германии, Японии.

Последние новости о вакцинах от рака

Клинические испытания иммунопрепаратов обычно длятся годами. Вот новости об успешных разработках лекарства от рака за последние 5–8 лет.

  1. Универсальная прививка от всех видов онкологических заболеваний разрабатывается в Стэндфордском университете. Опыты на крысах показали 97% выздоровления. Сейчас исследователи набирают для эксперимента людей, лечение продлится 12 месяцев.
  2. Университет Пенсильвании на протяжении 20 лет разрабатывает прививку от хронической лимфатической лейкемии. Достигнутые результаты — ремиссия 1 год. На основе этой прививки планируют разработать вакцины от рака лёгких, яичника, миеломы и меланомы. Тестируются препараты от рака мозга и поджелудочной железы.
  3. В 2010 году хорошие результаты получены при лечении онкологии поджелудочной железы в Университете рака в Нью-Джерси США.
  4. В 2011 г. американский исследователь рака Ларри Квак (англ. Larry Kwak) с коллегами в центре Андерсена успешно применил свои разработки для лечения пациентов с фолликулярной лимфомой. Там же была создана вакцина от меланомы «Ипилимумаб», которая продлевает пациентам жизнь до 10 месяцев.
  5. В 2014 год в Университете Томаса Джефферсона под руководством Уильяма Гиллиндерса клинические испытания прошли двенадцать пациентов с очень агрессивным типом рака — глиобластомой. Ответ на прививку составил 50%.
  6. Иммунолог Мэри Дисис из Вашингтонского университета применила вакцину против рака молочной железы в 2014 году. Препарат вводили женщинам, чья болезнь перешла в стадию метастазирования. Большая часть пациенток полностью излечилась.
  7. В 2014 году испытания успешно прошли прививки от рака простаты Prostvac-V и Prostvac-F. Они сделаны на основе вируса коровьей и куриной оспы. Препарат применяется у больных с прогрессирующим раком простаты, не поддающимся гормональному лечению.
  8. Швейцарские учёные в Лозанне получили хорошие результаты в испытаниях препарата на людях, применяя кислотную индивидуальную вакцину. Её вводили пациентам с онкологией яичников. Выживаемость в течение 2 лет составила 80%. В Корее озвучили хорошие результаты применения прививок при раке поджелудочной железы у нескольких сотен больных.

Всего в мире на стадии разработки находятся порядка 300 вакцин от онкологических заболеваний.

Вакцины от рака: дендритные и другие противоопухолевые прививки, которые успешно прошли клинические испытания

Вакцины от рака испытываются во многих странах мира. Сегодня это очень перспективное направление медицинской науки. Выделяются гранты, создаются специальные фонды. Однако ни один из разработанных препаратов не дал стопроцентного результата, они лишь продлевают жизнь по сравнению с контрольными группами.

Вакцина от рака в России

Когда будет вакцина от рака в России? Глава Министерства здравоохранения РФ Вероника Скворцова, во время рабочей встречи с президентом страны Владимиром Путиным в июле 2018 г.

сообщила, что в рамках национальной программы борьбы с онкологией, уже создана прививка от рака. Препарат работает таким образом — у больного человека берут его T-лимфоциты, модифицируют и запускают обратно.

Из-за шоковой для иммунитета терапии происходит выздоровление. Это персонифицированная онковакцина, у которой нигде в мире нет аналогов. Она применяется при разных видах рака. Так, препарат был опробован на пациенте с глиобластомой.

Больной находился в критическом состоянии (кома и отёк мозга). Лечение проводили в 2017–2018 гг., результатом которого стало уменьшение опухоли, а пациент вышел на работу.

Разработкой вакцин от рака в России занимаются ведущие институты. Правда, всё препараты находятся на стадии клинических испытаний.

В онкоцентре РАМН им. Блохина с успешно применяют генно-инженерные и дендритные вакцины. Больные, которые должны были умереть в течение года, живут. Им периодически вводят дозы препарата, так как эксперимент ещё продолжается.

В НМИЦ онкологии им. Н. Н. Петрова в Санкт-Петербурге работы по созданию персонифицированной вакцины от рака ведутся с 1998 г. В 2003 году получен первый патент на иммунотерапию дендритными клетками, в 2008 — на вакцину. С 2010 г.

дано разрешение на клинические испытания. Учёные применяют аутологичную вакцину в тяжёлых случаях (меланома, рак толстой кишки или почки). На создание индивидуальной прививки нужно 10 дней.

В первые два месяца пациент получает четыре введения препарата.

А также российские учёные работают над созданием профилактической прививки от рака. Её планируют вводить пациентам с факторами риска.

Сделаем выводы. На вопрос есть ли вакцина от рака можно дать утвердительный ответ. Несколько препаратов получили одобрение и широко применяются. Но они не универсальны — защищают только от определённого типа рака. Другие вакцины находятся на стадии клинических испытаний. Действуют такие препараты немного иначе, чем обычные прививки. Вакцинация от рака подстёгивает иммунитет.

У всех он разный, поэтому существующие препараты одних бальных излечивают чудесным способом, другим не помогают. Учёные кропотливо изучают механизмы действия, делают поправки, проводят новые испытания. Всё это требует много времени, так что прививка от рака в повседневную врачебную практику войдёт ещё нескоро, но достигнутые в настоящий момент результаты уже внушают оптимизм.

Источник: https://privivku.ru/novosti-vakcinacii/vaktsina-ot-raka.html

Персональная вакцина для женщин с раком яичников: результаты клинических испытаний новой швейцарской методики обнадеживают — Победи Рак

Ученые лозаннского университета разработали новую технологию лечения рака яичников. Как и ряд других современных методов онкотерапии, она основана на повышении эффективности естественного противоракового иммунитета и рекомендована к применению совместно с химиотерапией.

Вакцины от рака: дендритные и другие противоопухолевые прививки, которые успешно прошли клинические испытанияПроблема лечения женщин со злокачественными опухолями яичников была поднята неслучайно: этот вид новообразований сегодня остается одним из наиболее агрессивных. Только 50 из 100 пациенток выживает в течение 2-х лет после постановки диагноза. Это касается как тех больных, лечение которых изначально было неэффективным, так и тех, которые отреагировали на комплексную терапию и вышли в ремиссию.

Почему рак яичников сложно поддается лечению обычными методами

Дело в том, что такие раковые опухоли быстро растут и распространяются по организму. Причем на ранних стадиях заболевание протекает практически бессимптомно, что не позволяет вовремя поставить диагноз и значительно ухудшает прогноз.

Вакцины от рака: дендритные и другие противоопухолевые прививки, которые успешно прошли клинические испытанияКроме того, этот тип рака хорошо «обучаем». Активно сопротивляясь цитостатикам и таргетным (целевым) препаратам, его клетки видоизменяются и перестают накапливать химиопрепараты быстрее, чем это делают клетки нормальных тканей. Поэтому химиотерапия в несмертельных для пациентки дозах становится неопасной для опухоли, и, соответственно, неэффективной. Таргетные же лекарства, имеющие иной принцип действия, перестают «видеть цель», и также оказываются бесполезными.

Что касается хирургии, то, к сожалению, из-за поздней диагностики операция на ранних стадиях – большая редкость, а на более продвинутых – чревата многочисленными осложнениями и, в лучшем случае, дает лишь кратковременный эффект, требуя подкрепления все той же химиотерапией для предупреждения рецидива и появления множественных метастазов.

Нужно добавить, что карциномы яичников успешнее, чем рак другого типа, защищаются не только от лекарственных препаратов, но и от естественного противоракового иммунитета. Особенно, если он у женщины по тем или иным причинам ослаблен.

Читайте также:  Иммуноглобулин человека против клещевого энцефалита: инструкция и цена, отзывы

Разрабатывая новый метод лечения, швейцарские ученые задались целью решить, прежде всего, именно эту проблему.

Для создания новой вакцины они использовали фрагменты ткани опухоли яичников и особый тип клеток – дендроциты (дендритные клетки, ДК).

Как дендритные клетки помогают бороться с раком и как им можно помочь обнаружить опухоль

Дендроциты – один из важнейших компонентов противоракового иммунитета.

В нашем организме они играют роль «сыщиков», идентифицирующих злокачественные клетки по определенным молекулам (антигенам) и показывающих (презентующих) их другим клеткам иммунной системы – лейкоцитам особого типа.

Получив сигнал от дендритной клетки (ДК), эти лейкоциты активизируются, находят клетки опухоли, «вступают с ними в бой» и разрушают их.

Вакцины от рака: дендритные и другие противоопухолевые прививки, которые успешно прошли клинические испытанияОднако рак умеет скрываться от «сыщиков»-дендроцитов, используя специальные защитные механизмы. У злокачественных опухолей яичников это получается особенно хорошо. Если же оболочку клетки такого «хитрого» новообразования разрушить, «замаскированные» опухолевые антигены становятся «видимыми», ДК обнаруживает их, связывается с ними и запускает процесс «уничтожения врага». Именно на этом основан принцип получения новой швейцарской вакцины, который включает несколько этапов:

  1. У больной женщины берут фрагмент опухоли яичника (во время операции или с помощью биопсии) и небольшое количество крови.Вакцины от рака: дендритные и другие противоопухолевые прививки, которые успешно прошли клинические испытания
  2. Из крови выделяют дендроциты нужного типа.
  3. Раковые клетки разрушают (лизируют) с помощью смеси кислот.
  4. К образовавшемуся лизату добавляют дендроциты и оставляют смесь в инкубаторе на несколько дней. Это время необходимо для того, чтобы дендритные клетки распознали присутствующие в субстрате антигены, соединились с ними и активировались.

Полученную вакцину вводят женщине, вследствие чего у нее увеличивается количество лейкоцитов, способных убивать клетки конкретной раковой опухоли. Кроме того, противоопухолевая активность этих лейкоцитов повышается.

На первых этапах лечения вакцинация проводится через каждые три недели. После 5-ти инъекций (через 15 недель) интервал между ними увеличивается до 4-х недель. Инъекции прекращаются:

  • при улучшении состояния пациентки, сопровождающемся исчезновением опухоли и метастазов, снижением уровня онкомаркеров;
  • после того, как лекарство заканчивается.

Основные преимущества новой технологии

Вакцина, полученная из собственной крови и опухолевых тканей пациентки по методу швейцарских специалистов, имеет ряд преимуществ перед противораковыми препаратами, получаемыми из мышиных опухолей или из лабораторных клеточных раковых культур, в том числе:

  • лечение не вызывает серьезных побочных эффектов, потому что женщине не вводятся чужеродные белки;
  • вакцина гораздо лучше работает, так как ее действие направлено на клетки именно той опухоли, которая выросла в яичнике у конкретной женщины.

Проведенные клинические исследования и их результаты

В эксперименте принимали участие 25 женщин с рецидивирующим раком яичников.

5 пациенток  получали изолированное лечение новой вакциной, 10 – параллельно с таргетным препаратом бевацизумабом (авастином), и еще 10 – одновременно с комплексным лечением авастином и цитостатиком циклофосфамидом.

Использование последней комбинации принесло наиболее значимый эффект – 85% женщин из этой группы не только не умерли в течении 2-х лет, но и сохранили нормальное качество жизни. Вполне вероятно и ожидаемо, что период ремиссии у них будет продолжительным.

С учетом столь хороших результатов, разработчики вакцины считают, что ее можно и нужно назначать пациенткам с любой стадией рака яичников сразу после операции в профилактических целях. Есть все основания предполагать, что это позволит предупредить появление крайне плохо поддающихся терапии по стандартным протоколам рецидивов и метастазов.

Даже если расширенные клинические испытания покажут схожие с вышеописанными результаты, проблему лечения рака яичников нельзя будет считать решенной, ведь вакцина помогает не всем. Исследователи заметили, что эффективность прививок «обученными» дендроцитами коррелирует с исходным состоянием естественного иммунитета.

Чем оно лучше, тем больше вероятность положительного результата.

У такой зависимости есть вполне понятная логика: если число «солдат» в армии лейкоцитов невелико, они устали и ослабли либо механизм разрушения опухолевых клеток дает сбои по каким-либо иным причинам, то велика вероятность, что в «войне» новообразования и иммунной системы в конечном итоге победит рак.

Поэтому параллельно с разработкой технологий получения индивидуальных противоопухолевых вакцин активно ведется поиск безопасных и эффективных методов, способствующих отстройке ослабленного или неправильно работающего иммунитета. Именно комплексное лечение с использованием таких методик и вакцинации сегодня видится одним их наиболее перспективных направлений развития онкотерапии рака яичников и других злокачественных новообразований.

Источник: https://pobedirak.com/articles/vakcina-dlya-zhenshhin-s-rakom-yaichnikov-rezultaty-klinicheskix-ispytanij-novoj-shvejcarskoj-metodiki-obnadezhivayut/

«Мы разработали более 10 противоопухолевых клеточных продуктов, но в клиническую практику попали лишь два»

– В чем суть терапии с помощью дендритно‑клеточной вакцины? – Если объяснять упрощенно, то мы берем у пациента образец опухоли, которая уже не отвечает на другие методы лечения, выделяем опухолевые клетки и клетки крови и в лабораторных условиях модифицируем их таким образом, чтобы иммунная система начинала их распознавать, а затем вводим полученную дендритную вакцину пациенту. Дендритные клетки умеют распознавать антигены опухолевых клеток (раково‑тестикулярные антигены) и помогают иммунной системе с ними справляться.

– Как давно вы занялись этой темой?

– После медицинского училища я поступила в мединститут и параллельно работала медсестрой в хирургическом отделении. Там я часто общалась с онкологическими больными, и каждый говорил о том, как ему хочется жить – хотя бы еще несколько лет.

Мне уже тогда стало ясно, что та же, например, химиотерапия помогает далеко не всем, высока вероятность прогрессирования заболевания, и надо что‑то делать, искать то, что сможет помочь этим людям.

Я стала эту тему исследовать, на втором курсе института поняла, что следует сосредоточиться на иммунной системе, которая отвечает за многие изменения в организме, в том числе за борьбу с инфекционными, аутоиммунными и онкологическими заболеваниями. Так я стала изучать иммунологию.

После института по распределению Минздрава я попала в НИИ онкологии им. Н.Н. Петрова. Специальности иммунолога тогда, конечно, не существовало, поэтому я занялась наукой.

Параллельно работала в 31‑й городской больнице, где позже возглавила лабораторию иммунологии – там пришлось работать с клетками костного мозга, используемыми сегодня при изготовлении дендритно‑клеточных вакцин. И когда в 1998 году мне предложили войти в научную группу в НИИ онкологии в качестве иммунолога, я не раздумывая согласилась.

– Почему иммунология стала интересна НИИ онкологии?

– По экспериментальным исследованиям на лабораторных животных стало понятно, что вакцина работает. Потом‑то мы выяснили, что применение вакцины у людей сопряжено с большим количеством реакций. Опухоль уклоняется от иммунного контроля, продуцирует супрессирующие факторы, меняет свой «портрет». Во время лечения новообразование изменяется, грубо говоря, прячется от иммунитета.

Тем не менее перспективы всем были очевидны. А в НИИ как раз было очень близкое по смыслу направление – отделение биотерапии и трансплантации костного мозга, которое возглавлял Владимир Михайлович Моисенко. При этом отделении и появилась наша лаборатория, сначала совсем маленькая – над вакциной работали всего три человека.

– Как в непростые 90‑е финансировались эти разработки?

– Минздрав выделял средства на научную работу института, а так как направление было признано перспективным, его постоянно поддерживали. В развитие темы вкладывал собственные средства и сам НИИ.

«ВАКЦИНА РАССЧИТАНА НА ПАЦИЕНТОВ С ИСЧЕРПАННЫМИ ВОЗМОЖНОСТЯМИ»

– А за рубежом в то время иммунотерапию изучали, практиковали?

– Из научной литературы я знала, что дендритными клетками занимаются в Париже в Онкологическом институте Густава Русси, и курирует там это направление Лоранс Зитвогель. Мы ей написали, пригласили в Петербург. Она приехала, посмотрела, дала множество дельных советов.

Потом я отправилась на стажировку в ее институт. Сама Зитвогель училась в Америке, где подобные лаборатории появились заметно раньше.

Она рассказывала, как трудно было организовать ее лабораторию в Париже, притом что работала она на том этапе только с дендритными клетками подопытных мышей. Первые человеческие дендритные клетки в лаборатории Зитвогель получили к 2000 году, параллельно с нами.

Так что можно сказать, что в Европе НИИ им. Н.Н. Петрова был в этой тематике одним из первых, а в 2003‑2004 годах это удалось сделать коллегам из РОНЦ им. Н.Н. Блохина.

– Какие практические результаты принесли ваши исследования на сегодняшний день?

– Мы разработали более 10 противоопухолевых клеточных продуктов, но в клиническую практику попали лишь два – вакцины на основе дендритных клеток, выделяемых из костного мозга и крови.

На их применение мы в свое время получили специальное разрешение Росздравнадзора. Остальные восемь мы не можем продвигать, поскольку 180‑ФЗ [федеральный закон 180‑ФЗ от 23 июня 2016 года «О биомедицинских клеточных продуктах».

– Vademecum] фактически еще не работает.

– То есть дендритно‑клеточная вакцина под действие 180‑ФЗ не подпадает?

– Нет. По идее, производство и применение таких вакцин должны регулироваться отдельным законом – о минимально манипулируемом клеточном продукте. Такого документа пока нет, и неизвестно, когда он появится.

Дело в том, что 180‑ФЗ распространяется на клеточные линии, которые получаются в результате размножения в лаборатории, а у нас они скорее созревают в лабораторных условиях – мы их учим распознавать опухолевые антигены. Тот самый закон, которого пока нет, должен будет распространяться на все виды трансплантации костного мозга, не подпадающей под действие 180‑ФЗ.

Получается, две наши дендритные вакцины – единственные легитимно используемые у нас в стране: на их применение есть разрешение Росздравнадзора, а 180‑ФЗ на них не распространяется. Все остальные существующие в отрасли продукты (включая другие наши разработки), подпадающие под действие 180‑ФЗ, пока не зарегистрированы и применяться не могут.

Причем у некоторых коллег были подобные нашим разрешения Росздравнадзора на использование клеточных технологий – в косметологии, комбустиологии, но с появлением 180‑ФЗ, пусть толком и не работающего, их применение стало невозможным.

– Как ваши вакцины работают?

– С 1998 года мы пролечили более 700 человек. Основные профили и локализации – меланома, саркома мягких тканей, рак кишечника, молочной железы, почек. Все эти новообразования являются иммуногенными.

Когда уже появляются метастазы, тогда этих иммуногенных антигенов становится все больше. Так что наша вакцина рассчитана на пациентов с исчерпанными возможностями.

Удается продлить их жизнь как минимум на год.

– То есть полностью излечиться с помощью дендритно‑клеточной вакцины нельзя?

– У нас есть в практике такие случаи, например, при меланоме. Есть пациенты, которые продолжают лечение в течение 10 лет – болезнь отступила, но сохранился риск, что заболевание вернется и вернется в иной форме. Бывало, пациент полностью излечился от саркомы мягких тканей, а через четыре года у него появились метастазы в головном мозге.

Читайте также:  БЦЖ и Манту: в чем разница, можно ли делать пробу, если нет прививки

Клетки скрылись от иммунной системы, в какой‑то момент активизировались и спровоцировали рецидив, который оказался крайне агрессивным. Именно поэтому мы не только проводим иммунотерапию, но и в целом занимаемся иммунной системой пациента. Обычно иммунитет истощен, его надо восстанавливать, чтобы у клеток появились силы отвечать на наше лечение.

Это не так просто, система может заработать через месяц, а может и через два‑три.

«ИММУНОТЕРАПИЮ МОЖНО БЫЛО БЫ ИСПОЛЬЗОВАТЬ КАК ВМП»

– Есть мнение, что методики, подобные вашей, следует использовать на более ранних стадиях онкозаболеваний, не подвергая пациента лучевой и химиотерапии. Что вы по этому поводу думаете?

– Я поддерживаю это мнение. В общем‑то поэтому сегодня и происходит бум иммуноонкологии, препаратов на основе моноклональных антител, провоцирующих разрушение опухоли. Однако не у всех пациентов это работает и не всегда.

Если бы пациентам сразу после радикального вмешательства назначали иммунотерапию, то была бы возможность или полного излечения или восстановления иммунной системы на длительный период, предотвращающий возвращение заболевания. Или другой вариант.

Пациента пролечили стандартными методами – операция, лучевая терапия, химиотерапия, если показана, гормонотерапия – в соответствии с мировым стандартом. А потом его отправляют не «отдыхать», как говорят химиотерапевты, а к онкоиммунологам.

В нашем центре прием ведут пять таких специалистов. К нам приходит пациент, и мы определяем, что ему необходимо – можно ли сейчас подключить ему иммунотерапию. То есть мы уже на том клиническом пути, о котором вы говорите.Что является препятствием? К сожалению, и консультации, и сама иммунотерапия осуществляются только на платной основе.

Пока у государства нет возможности поддерживать это направление. Хотя иммунотерапию можно было бы использовать в качестве высокотехнологичной медицинской помощи. Мы подавали наши протоколы в Минздрав, но нам ответили: надо дождаться появления закона о минимально манипулируемых клеточных продуктах.

При этом иммунотерапия нисколько не дороже некоторых онкопрепаратов.

– Каково, по вашим расчетам, соотношение стоимостей этих методик?

– Например, первая линия химиотерапии при саркоме мягких тканей недорогая. А вот совокупные затраты на вторую линию химиотерапии в целом по России достигают от 0,4 до 4,1 млрд рублей в год. Такая вилка связана с разницей в цене препаратов.

Вакцину близко не сравнить по стоимости – это 43 тысячи рублей за одно введение. Как правило, пациенты лечатся в течение первого года ежемесячно, второго года – раз в три месяца, и третьего – раз в полгода. А дальше уже остается только наблюдение.

Мы удешевили весь процесс до минимума, отработана каждая доза. У нас даже диссертационная работа на эту тему есть.

– За счет чего курс лечения можно удешевить? Более точно рассчитывать дозы?

– Опытным путем мы стали уменьшать дозу вакцины, смотреть, при каком ее минимальном объеме сохраняется активность клеток, какие нужны для этого внешние условия. Можно сэкономить на компонентах вакцины. Например, ростовой фактор – это отдельный препарат, который сегодня уже производится и в России.

Питательных, культуральных сред, факторов дифференцировки недостаточно, если их будет больше, мы сможем еще снизить стоимость курса лечения. Среды, например, мы покупаем в Германии. Хорошо бы иметь отечественный аналог.

Еще одна проблема – расходные материалы из пластика: мы используем импортные изделия, потому что у нас их выпуск не налажен.

– Как пациенты вас находят? Вы вкладываетесь в продвижение?

– Нет, здесь работает так называемое сарафанное радио. Пациенты и их родственники очень много общаются друг с другом, много читают, ищут варианты. Очень многие уезжают на такое лечение за рубеж, например, в Израиль, а когда у них кончаются деньги, им говорят, что то же самое можно сделать в Санкт‑Петербурге.

– Куда, помимо Израиля, уезжают лечиться российские пациенты?

– Германия, Канада, США, Япония. Везде это очень дорого. И наша задача в том, чтобы это направление у нас не свернулось из‑за банального отсутствия госфинансирования, работающих законов и так далее.

«ВАЖНО, ЧТОБЫ НАС НЕ ОТБРОСИЛИ СНОВА НА ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНУЮ СТАДИЮ»

– Недавно о планах заняться клеточными технологиями объявили сразу две российские фармкомпании – «Биокад» и «Р‑Фарм», которые планируют производить CAR‑T‑препараты. Чем эта технология отличается от вашей?

– Мы сейчас создаем собственную научную группу, которая займется разработкой CAR‑T‑терапии. Этот метод ориентирован на другие виды рака – например, на лейкозы, лимфомы. Для этих нозологий CAR‑T подходит, по предварительным данным, даже больше, чем трансплантация костного мозга с химиотерапией.

Суть в том, что у опухолевых клеток есть одинаковые гены, значит можно создать антиген, CAR‑T, который их разрушит. Это доказано в эксперименте,но в клинике совсем не изучено. Проблема еще вот в чем.

Когда опухоль увеличивается в размерах, «портрет» ее клеток разнообразен – в зависимости от фазы развития каждой клетки. Это как кубик Рубика.

Как в этом случае быть? Выделить лимфоциты из опухоли, размножить в лаборатории и ввести обратно пациенту, предварительно уничтожив химиотерапией оставшиеся у пациента лимфоциты, поскольку какие‑то из них могут подавлять иммунный ответ. В этом случае «клонированные» в лаборатории лимфоциты будут разрушать опухоль.

Сейчас проводятся клинические исследования, в основном в США, для метастатической формы меланомы. Адепт этого направления в Америке – бывший хирург‑онколог Стив Розенберг. Он показал, что 50% пациентов, уже не отвечающих ни на какие методы лечения, реагируют на CAR‑T положительно. Объективный ответ получен у 10% пациентов.

Это обнадеживает. Но не стоит забывать о том, что CAR‑T – весьма дорогой метод. «Биокад» заявлял, что создание одного индивидуального препарата может обойтись в 16 млн рублей. А чем терапия дороже, тем меньше пациентов смогут ее получить. Но в любом случае CAR‑T надо развивать, не забывая и о других видах иммунотерапии.

– С «Биокадом» мы работаем по клиническим исследованиям иммуноонкологических препаратов.

Наш продукт интересен фармкомпаниям, но они тоже неспособны объять необъятное, поэтому готовы вкладываться в разработку на паритетных началах а у нас пока такой возможности нет.

Кроме того, по сравнению с CAR‑T наша технология сложнее с организационной точки зрения: чтобы работать с истощенной иммунной системой, нужно иметь свою клинику и штат врачей.

– Вы рассматриваете в перспективе создание на базе НМИЦ онкологии лаборатории полного цикла, способной обеспечивать вакцинами другие клиники?

– Конечно, такие планы есть. Но в нынешних неопределенных условиях мы пока можем только объединиться с коллегами. В ближайшее время мы организуем Ассоциацию биомедицинских клеточных продуктов, как раз призванную развивать полный цикл производства, – ради снижения стоимости вакцин и других продуктов.

В Петербурге есть почти все для этого – я имею в виду предприятия, которые производят компоненты для вакцины. Для организации полного цикла нужно лицензировать производство, получить сертификат GMP, все это требует для начала нормативного обоснования, а затем финансов.

Сейчас готовится Национальная программа по борьбе с онкозаболеваниями, надеюсь, и на наше направление получится изыскать средства.

– У ассоциации уже есть конкретные предложения по развитию отрасли?

– Да, мы подготовили целый пакет различных уточнений и предложений.

Важно обозначить в подзаконных актах, каким образом будет осуществляться лицензирование производства, какие требования следует предъявлять к средам и самому продукту, какую подготовку должны иметь биотехнологи.

Кроме того, мы предлагаем Минздраву сохранить уже существующие наработки. Важно, чтобы нас не отбросили снова на экспериментальную стадию. Проверить еще раз эффективность разработок можно, главное, чтобы в целом процесс не останавливался.

– Когда вы ожидаете принятия закона о минимально манипулируемых клеточных продуктах?

– Мы понимаем, что документ будет принят в обозримом будущем, и надеемся, что он будет более тщательно проработан, чем 180‑ФЗ. Мы в любом случае сделаем все, чтобы ему соответствовать. Но самым важным остается вопрос финансирования. Как обычно бывает? Научное учреждение разрабатывает и передает компетенции клинике или фармкомпании.

Мы не против такого пути, но необходимо, чтобы разработки и их авторы достойно финансировались. Зарплаты в науке и в практической сфере кратно разнятся, и не в пользу ученых. А мы готовим специалистов не для того, чтобы они куда‑то ушли.

Мы не бедствуем, зарабатываем как можем сами, также лаборатория получает дополнительные средства из бюджета Центра, но тем не менее.

ирина балдуева, нмиц петрова, клеточная терапия, дендритно-клеточная вакцина, центр клеточных технологий, бмкп, минимально манипулируемый клеточный продукт, вакцина Источник Vademecum №13-14, 2018

Источник: https://vademec.ru/article/irina_baldueva-_-my_udeshevili_protsess_do_minimuma-_otrabotana_kazhdaya_doza_vaktsiny/

Персонализированная вакцина от рака прошла испытания

Международная группа ученых успешно испытала персонализированную вакцину от рака яичников, которую создают индивидуально для каждого больного. Хотя до внедрения технологии в клиническую практику далеко, а испытания были скромных масштабов, вакцина предвещает настоящий прорыв в лечении рака. В последние годы были предприняты многочисленные попытки создания противораковых вакцин. Но в большинстве случаев речь шла о серийных лекарствах, которые нацеленный на тот или иной тип опухоли.

Универсальность — враг специфичности.

Представленные в прошлом вакцины не учитывали молекулярных особенностей опухоли у конкретного больного.

Чтобы сделать терапию в разы эффективнее, сотрудники Пенсильванского университета (Филадельфия, США) и Исследовательского института рака имени Людвига (Лозанна, Швейцария) пошли другим путем.

Они попытались адаптировать вакцину, которая точно соответствует индивидуальным потребностям пациентам. Испытания проводились на женщинах с раком яичников поздних стадий — заболеванием, которое очень сложно контролировать. Лечение обычно включает хирургическое удаление опухоли и химиотерапию, но, несмотря на хорошие краткосрочные результаты, рак дает рецидивы.

Каждая опухоль имеет набор мутаций, который делает ее уникальной. Чтобы препарат был максимально эффективным, ученые применили так называемую концепцию цельноопухолевой вакцины (whole-tumor vaccine). Это означает, что она должна атаковать сотни или тысячи уникальных молекул на поверхности раковой клетки, не оставляя ей шансов.

«Идея состояла в том, чтобы мобилизовать иммунную систему против широкого набора опухолевых фрагментов. Этого невозможно достичь с помощью серийных препаратов», — говорит автор проекта Джейсон Таний.

В норме Т-лимфоциты инициируют иммунный ответ против рака, но вакцина усиливает их действие и помогает преодолевать защитные механизмы. Персонализированная вакцина создается из собственных дендритных клеток пациента, которые отделяют из крови и выращивают в лаборатории. Дендритные клетки служат посредниками, поглощая материал антигена (в данном случае фрагменты опухоли) и представляя его Т-клеткам, чтобы вызвать ответ. Для «обучения» клетки смешивали с экстрактом опухолевых фрагментов и активировали гамма-интерфероном. Когда дендритные посредники накапливали достаточно антигенов, препарат оставалось очистить и ввести в лимфоузлы. Лечению подверглись 25 добровольцев. Каждая участница получала инъекции дендритной вакцины с интервалом 3 недели, продолжительностью до 2 лет. Примерно у половины больных значительно увеличилось количество Т-клеток, активно реагирующих на опухолевый материал. Такие участницы, как правило, дольше жили без прогрессирования болезни по сравнению с пациентками, не ответившими на терапию.

Читайте также:  Прививка БЦЖ: реакция у новорожденных и у детей в 6-7 лет

«Двухлетняя выживаемость у ответивших на терапию составила 100%, тогда как среди пациенток, не отреагировавших на дендритную вакцину, умерло 75%», — приводит результаты испытаний доктор Таний.

Впечатляет история одной участницы, 46 лет, которая перед зачислением в проект успела пройти пять безуспешных курсов химиотерапии рака яичников. С раком 4 стадии средняя пятилетняя выживаемость в Америке составляет всего 17%. Получив в течение двух лет 28 доз дендритной вакцины, женщина не только осталась жива, но и впоследствии живет без прогрессирования болезни на протяжении вот уже 5 лет!

«Результаты впечатляют, учитывая тип и тяжесть заболевания, но важно помнить, что это ограниченное исследование, и потребуется гораздо больше работы, чтобы вакцина начала применяться повсеместно», — предупреждают онкологи.

В мире проводятся десятки исследований, в которых рассматривается иммунный ответ организма на рак и способы его усиления.

Однако по сегодняшний день эти усилия дают неоднозначные результаты, поскольку опухоли имеют внушительный набор защитных инструментов.

Врачи полагают, что новая вакцина от рака будет особенно успешной в сочетании с другими препаратами. Например, с иммунотерапией, которая делает опухоли более уязвимыми перед иммунной системой.

Источник: https://medbe.ru/news/novosti-v-onkologii/personalizirovannaya-vaktsina-ot-raka-proshla-ispytaniya/

Появилась более эффективная вакцина от рака

Новая экспериментальная вакцина появилась в онкологической сфере. Ученые начали заниматься процессом излечения непосредственно внутри опухоли. Аппарат активизирует иммунитет на определенной области, помогая ликвидировать раковые клетки.

Данное лекарство должно сильно продвинуть в будущем всю медицину. Огромные исследовательские центры продолжают искать все возможные лечебные способы, чтобы бороться с раком – главной болезнью 21 века.

В России отмечается в последнее время рост заболеваний на 15 процентов.

Экспериментальная эффективная «вакцина» от рака крови

Её разработали американские ученые, 8 апреля сообщает журнал Nature Medicine.

В результате действия нового экспериментального препарата у трех пациентов из одиннадцати наблюдается процесс ремиссии ракового заболевания.

По своей сути новое лекарство является вакциной только по принципу действия, но не по своей сути, так как не предотвращает появление заболевания, а лечит его.

Препарат активизирует иммунную систему организма человека и помогает ей отличить здоровые клетки человека от раковых клеток.

Ученые инициировали процесс лечения непосредственно внутри раковой опухоли. Для этого они вводили в опухоль стимуляторы для «рекрутирования» иммунных клеток организма человека, после чего обрабатывали опухоль низкой дозой радиации, а затем вводили стимулятор, который активизировал иммунные клетки организма.

Эти иммунные клетки затем перемещались по всему телу, убивая клетки опухоли, где бы они ни находились. У трех пациентов, у которых наступил процесс ремиссии, означающий ослабление или излечение от хронического заболевания.

Наблюдалось сокращение не только той опухоли, которую лечили медики, но и уменьшения опухолей в других очагах заболевания.

По словам главного автора нового препарата, доктора Джошуа Броди, данное лекарство может сильно продвинуть медицину в возможностях лечить другие виды рака и увеличить эффективность других методов лечения данного заболевания.

Ученые говорят, что результаты впечатляют, но требуются многочисленные дополнительные исследования, результатом которых может быть начало клинических исследований. При положительных результатах клинических исследований средство из разряда экспериментальных может быть переведено в статус лекарственного препарата.

Напомним, 14 марта 2019 года главный внештатный онколог Минздрава Андрей Каприн заявил, что за последние десять лет в нашей стране отмечен рост на 14% числа людей заболевших раком. Проблема лечения данного заболевания является общемировой и над ее решением бьются ученые по всему миру.

Этот препарат помогает нашему телу отыскивать и уничтожать опухоли. Сразу у трех пациентов с неизлечимой лимфомой благодаря вакцине наступила ремиссия.

Ученые из Mount Sinai Hospital в Нью-Йорке разработали экспериментальную вакцину от рака, которая учит наш организм сражаться с опухолями. С её помощью сразу у трех пациентов с лимфомой наступила ремиссия.

Вакцину необходимо вкалывать непосредственно в саму опухоль. Она обучает иммунную систему находить и уничтожать злокачественные клетки не только в первичной опухоли, но и по всему организму. Через уколы прошли 11 пациентов с лимфомой.

Ремиссия наблюдалось на протяжении нескольких месяцев и даже лет.

Результаты эксперимента оказались настолько успешными, что эксперты поспешили назвать их прорывом и надеждой для жертв других видов рака, включая опухоли груди, головы и шеи.

Многих из нас может ввести в заблуждение само слово вакцина, так как мы привыкли воспринимать их, как профилактические лекарства, которые изначально не дают какой-либо болезни поражать наш организм (к примеру, вакцина от кори).

Однако этот препарат не предотвращает рак, он помогает лечить его за счёт обучения иммунной системы.

Исследователи вкалывали в опухоли стимулятор, который привлекает дендритные клетки лимфатической системы иммунной системы. После воздействия на опухоль низкой дозы облучения туда водили второй стимулятор с активными дендритными клетками. Они производили «инструктаж» Т-клеток иммунной системы о том, как обнаруживать и уничтожать раковые клетки, при этом не трогая здоровые клетки.

Новый метод терапии называют «вакциной» лишь условно: он не предупреждает развитие рака, а лечит уже возникшую болезнь. Однако, подобно настоящим прививкам, он воздействует на иммунную систему, стимулируя ее распознавать и уничтожать опухоли.

В ходе лечения исследователи обрабатывали опухоли низкими дозами радиации, а затем вводили пациентам иммуностимулятор.

Активированные в результате этого процесса иммунные клетки атаковали не только саму опухоль, но и отдельные раковые клетки, успевшие распространиться по организму.

Способность новой методики воздействовать на раковые клетки за пределами зоны облучения делает ее очень перспективной. Исследователи уверены, что подход будет эффективен не только против лимфомы, но и против других видов рака. Кроме того, «вакцина» может повысить эффективность других видов иммунотерапии — например, блокирования контрольных точек.

Пока новая терапия смогла помочь только трем пациентам из 11. Это значит, что предстоит серьезно усовершенствовать ее, а затем — проверить в более крупных испытаниях.
Одно из них, впрочем, уже стартовало. Помимо пациентов с лимфомой, в нем участвуют люди, страдающие от рака молочной железы и опухолей головы и шеи.

Исследователи из Университета Томаса Джефферсона разработали вакцину против другого опасного рака — рака мозга. В ходе клинических испытаний она замедлила рост опухоли и подарила пациентам несколько дополнительных месяцев жизни.

Лекарство от рака давно является золотой мечтой многих исследователей. Создано множество препаратов и схем лечения, но панацеи от этой грозной болезни до настоящего времени нет.

Наука занимается поиском лекарства от онкологических заболеваний на протяжении более ста лет. В этом направлении ведётся множество исследований. Последние тридцать лет учёные вернулись к методам иммунотерапии. В 2013 г.

вакцины от рака вошли в список первых десяти прорывов в науке.

Поиски вакцины от рака

Основная проблема эффективного лечения в том, что при онкологических заболеваниях иммунная система даёт сбой. К тому же раковые клетки активно защищаются, «выставляя» на поверхность специальные белки. Поэтому иммунная система просто «не видит» опухоль.

Вакцина от рака не новшество. Американский хирург-онколог Вильям Коли (англ. William Bradley Coley), которому присвоен титул «отца иммунотерапии рака», создал свою первую вакцину ещё в 1893 году. В её состав входили живые, а позже убитые бактерии-возбудители скарлатины (стрептококки). Вакцина успешно применялась для лечения саркомы и ряда других форм онкологических заболеваний.

Многие практикующие врачи конца XIX и начала XX века отмечали случаи спонтанного выздоровления раковых больных при заражении бактериальной инфекцией. Такой результат связан со «встряской» иммунной системы. К сожалению, исследования Вильяма Коли не имели под собой достаточной научной базы. С развитием радио- и химиотерапии его достижения были позабыты.

Вот некоторые факты о влиянии инфекций на онкологические заболевания.

  1. Вакцину БЦЖ пытались применять при раке, но после 1935 г. прекратили из-за низкой эффективности. Однако во время исследований была выявлена положительная связь — ранняя вакцинация БЦЖ предотвращала лейкемию.
  2. В Калифорнийском университете проведены исследования, доказывающие, что вакцина против гемофильной палочки (тип B) снижает риск развития лимфобластного лейкоза у детей.
  3. Достоверно известно, что прививка от гепатита B предотвращает формирование некоторых видов рака печени.
  4. Новый виток направление иммунотерапии получило с развитием науки. Пришло понимание, что система иммунитета — тонкий саморегулирующийся механизм, имеющий огромные возможности.

Какие сейчас есть вакцины от рака

Собственно вакцина от онкологических заболеваний в классическом понимании сейчас есть только одна. Это прививки «Гардасил» и «Церварикс» — от рака шейки матки. Болезнь вызывается вирусом папилломы человека (ВПЧ).

Когда профессор Харальд цур Хаузен (нем. Harald zur Hausen — немецкий медик и учёный) доказал, что ВПЧ — основная причина рака шейки матки у женщин, стало возможным предупреждать этот вид онкологии.

Прививку делают до начала половой жизни в возрасте от 9 до 25–26 лет.

Все остальные вакцины от рака не профилактические, а лечебные. Они содержат не вирус, а вещества, стимулирующие противораковый иммунитет. То есть являются лекарством.

Сегодня на стадии клинических испытаний находится большое число таких иммунопрепаратов. Но к началу 2018 г. к широкому применению допущены всего лишь несколько из них. Действуют такие прививки только на определённый тип онкологических заболеваний.

Японские учёные воссоздали вакцину Вильяма Коли на основе Streptococcus pyogenes. Благодаря их разработкам существует прививка от рака простаты — «Пицибанил». Кроме того, в 2005 году вакцину Вильяма Коли стала производить канадская фармацевтическая фирма MBVax Bioscience. Сейчас препарат находится на стадии клинических испытаний.

  • В 2010 году в США одобрена FDA вакцина, основанная на дендритных клетках — Provenge. Её применяют для иммунотерапии пациентов с раком простаты. Но она продлевает жизнь лишь на несколько месяцев.
  • Уже более 30 лет существует вакцина, основанная на штамме БЦЖ. Препарат используется при лечении рака мочевого пузыря.
  • Эти прививки не дают 100% гарантии. Поэтому разработки и исследования продолжаются.

Источник: http://yur-gazeta.ru/interesnoe/poiavilas-bolee-effektivnaia-vakcina-ot-raka.html

Ссылка на основную публикацию